 |
|
1 декабря Цветаева дарит Волошину свой первый стихотворный сборник "Вечерний альбом"; 22 декабря датировано обращенное к Цветаевой стихотворение Волошина "К Вам душа так радостно влекома...
Последний — «Старик у моста» — передан по телеграфу из Барселоны в апреле 1938 года. Кроме «Пятой колонны», в Мадриде написаны..
Веселенький и слегка под хмельком. -- Фу,--- говорит, -- пропасть какая. Я -- говорит,---думал, что высшая мера, а оно ничего похожего...
Смотрите также:
Я немного полежал, размышляя, потом разинул рот и завопил во всю
глотку:
- Пожар!
После этого я снова повалился на кровать и принялся смеяться. Звук
моего смеха мне не понравился. В нем было что-то идиотское, это даже я
заметил.
Где-то послышались торопливые шаги, звякнул в замке ключ, и дверь
отворилась. Человек в коротком белом халате пристально посмотрел на меня. Я
немного повернул голову и сказал:
- Извини, Джек. Это не в счет. Это так, вырвалось.
Он сердито нахмурился. Лицо у него было маленькое, жесткое;
глазки-бусинки. Я его не знал.
- Может, опять хочешь смирительную рубашку? - ухмылка у него была
издевательская.
- Я в порядке, Джек, - сказал я. - В полном порядке. Я, пожалуй, сейчас
вздремну немножко.
- Так-то лучше, - проворчал он.
Дверь захлопнулась, в замке повернулся ключ, шаги удалились.
Я лежал тихо и смотрел на дым. Теперь-то я знал, что на самом деле
никакого дыма не было. Наверное, была уже ночь, потому что внутри фарфоровой
лампы, висевшей на трех цепях под потолком, горел свет. Кругом лампы по краю
шли, через один, маленькие разноцветные, оранжевые и синие, выступы. Пока я
глядел на них, они вдруг раскрылись, как маленькие иллюминаторы, и из них
высунулись маленькие, похожие на кукольные, головки, только живые. Там был
человек в спортивной кепке, и пышная, пьяная блондинка, и какой-то тощий тип
с криво сидящей бабочкой на шее, пристававший ко мне с одним и тем же
вопросом:
- Какой бифштекс вам угодно, сэр, с кровью или средней поджаристости?
Я ухватился за край грубой простыни и вытер пот с лица. Потом сел и
спустил ноги на пол. Ноги оказались босыми. Одет я был во фланелевую пижаму.
Сперва ноги мои ничего не чувствовали. Через какое-то время я попытался
встать, и тут в них впились тысячи иголок и булавок. Потом пол вдруг ушел у
меня из-под ног, и мне пришлось схватиться за спинку кровати. Но я все-таки
встал и пошел.
Голос за моей спиной сказал:
- У тебя белая горячка. У тебя белая горячка. У тебя белая горячка.
Судя по всему, голос был мой собственный.
На маленьком белом столике в простенке между двух окон я увидел бутылку
виски и потихоньку направился туда. Бутылка оказалась до половины полная.
Это был "Джонни Уокер". Я взял ее, сделал длинный глоток из: горлышка и
поставил на место.
Вкус у виски был странный.
Вы читаете «Человек, который любил собак», страница 10 (прочитано 26%)
«В горах не бывает преступлений», закладка на странице 10 (прочитано 21%)
«Выстрел у Сирано», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Глубокий сон», закладка на странице 10 (прочитано 6%)
«Горячий ветер», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Детектив Марлоу», закладка на странице 10 (прочитано 6%)
«Долгое прощание», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Женщина в озере», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Засада на Ноон-стрит», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Золотые рыбки», закладка на странице 10 (прочитано 26%)
«Король в желтом», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«На том стою», закладка на странице 10 (прочитано 9%)
«Невадский газ», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Опасность - моя профессия», закладка на странице 10 (прочитано 17%)
«Простое искусство убивать», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Прощай, моя красотка», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Свидетель», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Сестричка», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Суета с жемчугом», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Убийство во время дождя», закладка на странице 10 (прочитано 26%)
Тем временем:
... Конечно, я не окончательно свихнулся,
понимал, что это всего лишь мечта, сновидение, и так оно и осталось бы, если
бы не эти деньги. Я прямо грезил средь бела дня, придумывал всякие истории,
вроде я ее встречаю, совершаю подвиги, она восхищается, мы женимся и всякое
такое. Ничего дурного и в голове не держал. Потом только. Но это я еще
объясню.
В грезах этих она рисовала картины, а я занимался своей коллекцией.
Представлял себе, как она меня любит, как ей коллекция моя нравится, как она
рисует и раскрашивает свои картины. Как мы с ней вместе работаем в красивом
современном доме, в большущей комнате с таким огромным окном из цельного
стекла, и вроде собрания секции жесткокрылых в этой комнате проходят. И я не
молчу, как обычно, чтоб ненароком не сморозить чего, и мы с ней - хозяин и
хозяйка, и все к нам с уважением. И она такая красивая - светлые волосы,
серые глаза, - что от зависти все мужики зеленеют, прямо на глазах.
Ну конечно, эти все приятные мечты таяли, когда я видел ее с одним
парнем, самоуверенным, наглым, из тех, кто позаканчивал частные школы и
теперь раскатывают в спортивных автомобилях. Я раз на тотализаторе встретил
его, он стоял у соседнего окошечка. Я вносил, а он получал. И говорит,
дайте-ка мне полусотенными. А вся шутка в том и заключалась, что выигрыш у
него был всего-то десять фунтов. Все они так. Ну, я видел иногда, как она в
его машину садится, встречал их вместе или видел, как они в этой машине по
городу катаются. Ну, тогда я очень бывал резок со всеми на работе и не
вписывал "X" в дневник энтомологических наблюдений. (Это все до того, как
она в Лондон уехала. Тогда уж она его бросила.) В такие дни я позволял себе
дурные мысли. Тут уж она рыдала и валялась у меня в ногах. Один раз даже я
представил себе, как бью ее по щекам: как-то видел в одной пьесе по телеку,
парень дал пощечину своей подружке. Может, тогда-то все и началось.
Мой отец погиб в автокатастрофе. Мне было два года. Случилось это в
1937-м...
