 |
|
Все, мимо чего проходил поезд, выглядело словно натощак. Сначала я не прислушивался к разговору американки с моей женой. — Ваш муж тоже американец? — спросила она...
Желаю тебе успеха в жизни, сын мой. Ты меня поразил. -- А вы меня нет. Вы ведь гонщик, правда? -- Откуда ты знаешь?..
- Алло, Бутс? Томас? Да, это Брентган. Нет, некогда. Скажи мне: действительно ли со мной это произошло? Звучн..
Смотрите также:
1
Анна Хелси, женщина средних лет, одутловатое лицо с глазами, блестящими
как черные пуговицы; ее какие-то 120 килограммов веса были обтянуты дорогим
черным платьем. Она сидела за черным письменным столом и курила сигарету в
черном мундштуке, ненамного короче складного зонтика.
- Мне нужен мужчина,- многозначительно сказала она.
Я ждал продолжения этого заявления и смотрел, как она стряхивает пепел
на полированную поверхность стола и как серые чешуйки передвигаются и вьются
в сквознячке от открытого окна.
- Мне нужен мужчина, достаточно интересный, чтобы был в состоянии
подцепить девицу с изысканными манерами. Кроме этого, он должен твердо
держаться на ногах, чтобы не спасовать перед бульдозером. Мне нужен тертый
субъект, который сможет без труда выдать себя за газетного комментатора и
завсегдатая люксовых баров. И при этом такого, который, получив в лоб пивной
бутылкой, подумает, что это всего лишь шаловливый шлепок хорошенькой ручки.
- Это мелочи,- ответил я.- Тебе просто надо нанять лучшую бейсбольную
команду Нью-Йорка и полный состав супер-яхтклуба оттуда же.
- Пожалуй, ты подошел бы, если тебя немного почистить,- продолжала
Анна.- Двадцать в день плюс столько же на служебные расходы. Ты знаешь, я
привыкла все делать сама. Но на этот раз заказ вне моих возможностей.
Занимаюсь только деликатными детективными историями и зарабатываю на жизнь
без риска остаться без головы. Поэтому позвала тебя... Не уверена, однако,
подойдешь ли... Знаешь, как я это сейчас проверю? Посмотрим, сможешь ли ты
понравиться Гледис!
Она переложила мундштук в другую руку и нажала какую-то кнопку на
черном селекторе с хромированными рычажками.
- Милая, зайди ко мне на минутку - моя пепельница забита окурками.
Мы подождали.
Но вот дверь открылась и вошла высокая блондинка, одетая не хуже, чем
виндзорская принцесса.
С неторопливой грациозностью она прошлась по комнате, высыпала в кулек
окурки из пепельницы. Улыбаясь, коснулась рукой плеча Анны и удалилась,
бросив на меня мимолетный взгляд.
- Кажется, немного зарумянилась,- сказала Анна, когда дверь за девушкой
захлопнулась.- Выходит, в тебе еще осталось что-то, достойное внимания
девиц.
- Еще бы! Наверное, ты слышала, что я сегодня ужинаю с Диной Дурбин,-
ответил я, теряя терпение.- Ну ладно, хватит мне морочить голову. В чем
дело?
- Дело в одной девице. Рыженькой, весьма привлекательной мисс. Она
служит чем-то вроде приманки у владельца одного игорного дома.
Вы читаете «Опасность - моя профессия», страница 1 (прочитано 0%)
«В горах не бывает преступлений», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Глубокий сон», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Детектив Марлоу», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Золотые рыбки», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«На том стою», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Убийство во время дождя», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Человек, который любил собак», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
Тем временем:
... Отсюда через маленькую потайную дверь в стене попадаешь в молодой
лесок, где смыкаются подходящие справа и слева двойные ряды буковых
деревьев. Если взглянуть с заднего крыльца дома, то за леском открывается
чудесный вид на широкое поле со жнивьем. А еще чуть дальше, на горизонте, --
деревенская церквушка да вечером, когда все затихает, кое-где струйки дыма
над крышами.
Погожими летними вечерами мы спускались в "нижний сад", выходили через
потайную дверку и шли к скамейке под буками, откуда тоже было видно довольно
далеко; там, возле соломенного навеса, оставшегося от брошенной мергельной
разработки, дядя, мать и мисс Эшбертон усаживались; неширокая долина перед
нами наполнялась туманом, а вдали над лесом золотело небо. Обратно шли не
спеша, темным уже садом. Возвратившись в дом, мы встречались в гостиной с
тетей, которая почти никогда не принимала участия в наших прогулках... На
этом для нас, детей, вечер заканчивался; однако очень часто мы допоздна
читали в своих комнатах, пока не слышались шаги взрослых, поднимавшихся по
лестнице.
Кроме сада, местом, где мы проводили большую часть времени, была
"классная" -- дядин кабинет, куда поставили несколько школьных парт. Я сидел
за одной партой с кузеном Робером, сзади нас садились Жюльетта и Алиса.
Алиса была на два года старше, а Жюльетта на год моложе меня. Робер из нас
четверых был самым младшим.
Писать воспоминания о своем детстве я не намерен и расскажу лишь о том,
что имеет отношение к этой истории. А началась она, могу сказать совершенно
определенно, в год смерти отца. Горе, постигшее нас, и глубокая печаль
матери, даже в большей степени, нежели моя собственная, обострили мою
природную чувствительность и, вероятно, предрасположили меня к новым
переживаниям: я возмужал прежде времени; поэтому, когда тем летом мы вновь
приехали в Фонгезмар, Жюльетта и Робер показались мне совсем еще маленькими,
однако, увидев Алису, я внезапно понял, что и она, так же как и я, перестала
быть ребенком...
