 |
|
Нынешний год хорош уже тем, что, какие бы потери ни ждали нас в этом году, он не будет хуже, чем прошлый год, или 1944-й, или начало зимы и весна 1945-го...
Архиепископ прислушивается и кладет руку на сердце. Слуга (входя). Победа! Победа! Мы победили, монсеньор!..
А кроме того, мы коснемся и других, не менее важных вопросов, взятых в самом их наивысшем значении и в свете текущих дней. 3. НА ЧТО ПОХОЖЕ НАШЕ С..
Частный дом отдыха Гринстоун. отдых зимой на Селигере с друзьями, баня, рыбалка, снегоходы.
Архитектурное бюро
Архитектурная организация выполнит для вас необходимые архитектурные работы
www.project-avk.ru
Смотрите также:
«На том стою» Желаем Вам приятного чтения (Страниц: 103) Также вы можете получить: |
Тем временем:
... Ты давно оставил позади
утреннюю зарю отрочества, его нежное цветение, чистый ясный свет, радость
неведения и ожиданий. Быстрыми, торопливыми стопами бежал ты от Романтизма
к Реализму. Тебя тянуло в сточную канаву, к обитающим там тварям. Это и
стало источником тех неприятностей, из-за которых ты обратился за помощью
ко мне, а я так неразумно, по разумному мнению света, из жалости, по
доброте взялся тебе помочь. Ты должен дочитать это письмо до конца, хотя
каждое слово может стать для тебя раскаленным железом или скальпелем в
руках хирурга, от которого дымится или кровоточит живая плоть. Помни, что
всякого, кого люди считают глупцом, считают глупцом и боги. Тот, кто
ничего не ведает ни о законах и откровениях Искусства, ни о причудах и
развитии Мысли, не знает ни величавости латинского стиха, ни сладкогласной
эллинской напевности, ни итальянской скульптуры или советов елизаветинцев,
может обладать самой просветленной мудростью. Истинный глупец, кого
высмеивают и клеймят боги, это тот, кто не познал самого себя. Я был таким
слишком долго. Ты слишком долго был и остался таким. Пора с этим
покончить. Не надо бояться. Самый большой порок - поверхностность. То, что
понято, - оправдано. Помни также, что если тебе мучительно это читать, то
мне еще мучительнее все это писать. Незримые Силы были очень добры к тебе.
Они позволили тебе следить за причудливыми и трагическими ликами жизни,
как следят за тенями в магическом кристалле. Голову Медузы, обращающую в
камень живых людей, тебе было дано видеть лишь в зеркальной глади. Сам ты
разгуливаешь на свободе среди цветов. У меня же отняли весь прекрасный
мир, изменчивый и многоцветный.
Начну с того, что я жестоко виню себя. Сидя тут, в этой темной камере,
в одежде узника, обесчещенный и разоренный, я виню только себя. В тревоге
лихорадочных ночей, полных тоски, в бесконечном однообразии дней, полных
боли, я виню себя и только себя. Я виню себя в том, что позволил всецело
овладеть моей жизнью неразумной дружбе - той дружбе, чьим основным
содержанием никогда не было стремление создавать и созерцать прекрасное...
