 |
|
– Мы вытащим тебя отсюда. Ты просто слишком нетерпелив, как всегда. Над нами снова запульсировали вспышки, высвечивая каждую каплю дождя. – А ты… Его слова утонули в грохоте очере..
Да, так вот — официант. Странно, что я никак не встревожился, не заволновался, что встретил его, не захотел поговорить...
Замечания на письмо Чаадаева 1836 XXXVIII. Чаадаев М. Я. 26.I.1837 XXXIX. Экштейн Ф. д' 12.Х.1837 XL...
Смотрите также:
Сунул сигарету в рот, и
уронил спички. Поднимая их, он огляделся и, заметив, что я наблюдаю за ним
из-за угла, выпрямился так резко, как-будто ему дали пинка. Потом поспешно
двинулся дальше, почти поднимая пыль своими неуклюжими ногами и постукивая
тросточкой по плиткам тротуара. Затем снова свернул - на этот раз налево.
Он опережал меня более чем на пол-улицы, когда я добрался до того места,
где он свернул. Я перевел дух. Это была узкая, обсаженная деревьями улица,
ограниченная опорной стеной с одной стороны, и тремя бунгало с двориками -
с другой.
Он исчез. Я брел вдоль улицы, озираясь на все стороны.
Я остановился возле второго имения, носящего название "Али Баба". Это
было тихое место с двумя рядами маленьких деревянных коттеджей,
располагавшихся в тени деревьев. Дорога, проходящая между двумя домиками,
была обсажена итальянскими кипарисами, подстриженными так, что они
напоминали низкие и пузатые кувшины с маслом из "Али-Бабы и сорок
разбойников". За третьим кувшином я заметил плечо в материале кричащей
расцветки.
Прислонясь к придорожному кипарису, я стал ждать. Где-то над
взгорьями снова прогремел гром. Просверк молнии осветил нагромождение
черных туч на юге. Первые капли дождя упали на дорогу, оставив на ней
мокрые пятна величиной с пятицентовик. Воздух был почти так же неподвижен,
как и в теплице генерала Стернвуда.
Из-за дерева снова показался цветастый пиджак, затем большой нос,
глаз и русая голова без шляпы. Глаз пристально посмотрел на меня и исчез.
Второй глаз словно дятел возник по другую сторону дерева. Прошло пять
минут. Этого оказалось достаточно, я доконал его. Он принадлежал к типу
людей со слабыми нервами. Я услышал треск спички, потом до меня донеслось
посвистывание и неясная тень скользнула к следующему дереву. Спустя
некоторое время он оказался на дорожке и направился прямо ко мне,
насвистывая и поигрывая тросточкой. Свист звучал несколько искусственно и,
видимо, давался ему нелегко. Я задумчиво поднял глаза к небу. Он прошел в
трех метрах от меня, не удостоив даже взглядом. О был спокоен, так как
избавился от свертка.
Я подождал, пока он уйдет, потом направился к "Ла Бабе" и раздвинул
ветви третьего кипариса. Вытащив оттуда звернутую в бумагу книжку, я сунул
ее под мышку и пошел своей дорогой. Никто меня не окликнул и никто не
преследовал.
5
Снова оказавшись на бульваре, я зашел в телефонную будку и отыскал в
справочнике домашний адрес Артура Гвинна Гейгера. Он жил на
Лэйверн-террас, боковой улочке, ответвляющейся от бульвара Ларель-каньон.
Я опустил в автомат монету и из чистого любопытства набрал номер. Никто не
ответил.
Страницы: (155) : <<
Вы читаете «Глубокий сон», страница 17 (прочитано 10%)
«В горах не бывает преступлений», закладка на странице 10 (прочитано 21%)
«Выстрел у Сирано», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
Тем временем:
...
Широкое чело, рогастое грозит,
Как медна, чешуя блестя на нем горит, -
Подводный был то вол, или дракон ужасный, -
Крутя, горбя хребет и ошиб вьющий страшный
Завыл, - и со брегов вдруг огласился вой;
Померкли небеса его зря под собой,
Земля содрогнулась, весь воздух заразился,
&nb..
