 |
|
Там снегу еще на метр, а то и на два. Ведь эта чертова деревня лежит в низине. Или опять охота ледяной воды набрать в сапоги?..
Посреди зеленой лужайки стоял пышный Розовой Куст. Соловей увидел его, подлетел к нему и спустился на одну из его веток. &n..
-- Ты что, в самом деле думаешь... -- Думаю,-- отрезал я.-- Не то чтобы я был крутым законником -- в окопах нас учили другим наукам...
Смотрите также:
Переложив пистолет в левую руку, он спокойно смотрел на нас. Его лицо
превратилось в серую каменную маску. Немец поднял пистолет и одновременно
поднял правую руку в фашистском приветствия.
- Хайль Гитлер! - воскликнул он, быстро сунул в рот дуло и нажал курок.
14
Японец закричал и выскочил из вагона. Мы в Бароном схватили револьверы.
На тыльную сторону моей ладони капнула кровь, и в этот момент Людерс
медленно упал на стену.
Барон уже выскочил из двери. Когда я тоже оказался на улице, маленький
японец мчался к кустам с холма.
Барон поднял и тут же опустил кольт.
- Он недалеко отбежал, - объяснил шериф. - Я всегда даю человеку
отбежать на сорок ярдов.
Он вновь поднял огромный кольт и слегка повернулся. Шериф, долго не
двигаясь, стоял. Наконец раздался выстрел. Револьвер подпрыгнул, и из дула
показался быстро улетучивающийся дымок.
Японец добежал до кустов и нырнул в них.
- Черт! Промазал. - Барон быстро взглянул на меня и отвернулся. - Но
ему не уйти. Его коротенькие ножки не могут перепрыгнуть даже через сосновую
шишку.
- У него пистолет, - заметил я.
Барон покачал головой.
- Нет. Я заметил, что кобура пустая. Наверное, Людерс забрал у него
оружие. По- моему, немец собирался убрать его перед отъездом.
Вдали вспыхнули, автомобильные фары, и на дороге в клубах пыли
показалась наша машина.
- С чего это Людерс раскис?
- По-моему, гордость, - задумчиво ответил Барон. - Двое простаков
загнали в угол такого супермена.
За углом вагона стояла новая двухместная машина. Шериф открыл дверь.
Энди был близко. Его фары осветили автомобиль немца. Барон несколько секунд
смотрел - вовнутрь, затем со злостью хлопнул дверцей в сплюнул.
- Кэди, В-12, - сказал он. - Красные кожаные сиденья, сзади чемоданы, -
он нагнулся к приборному щитку и включил лампочку. - Который час?
- Без двенадцати два.
- Эти часы показывают не двенадцать и опаздывают не на полминуты, -
сердито произнес шериф. - Здесь ты ошибся. - Он повернулся ко мне и сдвинул
шляпу на затылок. - Черт побери! Да - ты видел его около Индиан Хед отеля.
- Верно.
- Я думал, что ты просто смышленый парень.
- Верно, - повторил я.
- Сынок, в следующий раз, когда в меня будут стрелять, ты бы не мог
оказаться поблизости?
В нескольких ярдах от нас затормозила машина и раздался лай.
- Все целы? - донесся голос Энди.
Мы с Бароном подошли к машине. Дверь открылась, и на шерифа прыгнула
собака. Она взлетала на четыре фута от земли, врезалась передними лапами ему
в живот, упала на землю и принялась бегать кругами.
- Людерс застрелился в вагоне, - сказал Барон. - Где-то в тех кустах
прячется япошка, которого нужно поймать. И еще три или четыре чемодана,
полных фальшивых денег.
- Кто бы мог подумать, - сказал шериф Джим Барон, - что в такую ночь
будет столько смертей!
Страницы: (43) : <<
Вы читаете «В горах не бывает преступлений», страница 43 (прочитано 100%)
Тем временем:
... И хотя Старику не верилось, что кто-нибудь выберется живым из этой гиблой, изрезанной летними водами долинки, он бодро хлопнул парня по плечу и пошутил, как всегда добродушно и весело щурясь:
- Дурило! Мы еще только начинаем. Неужели ты думаешь, что они, - тут он неопределенно ткнул пальцем в вербовые заросли, - полезут за нами на Эрльдагоускую тропу?.. Нет уж, брат, дудки, этот номер не пройдет!..
Федорчук не знал, что на свете не существует никакой Эрльдагоуской тропы, и немножко приободрился.
В тот момент ничего похожего на переживания сегодняшнего дня у Старика не было и не могло быть. Тогда он ни разу не подумал о себе, - наоборот: больше, чем когда-либо, забыл про свое существование. Хотелось только утешить Федорчука и других, таких же как Федорчук, с такими же бледными и растерянными лицами. Все они жадно прижимались к земле, казавшейся им последним убежищем до и после смерти, и бестолково стреляли по вербовым зарослям сквозь плохо прикрывавший их обнаженный и колючий кустарник. Старик замечал, как некоторые украдкой срывали с фуражек красные бантики.
Не было этих переживаний и потом, когда в течение недели их гнали все выше и выше, пока не стиснули совсем в паршивой деревушке в верховьях Эрльдагоу. Там, на прокуренном и заплеванном постоялом дворе, даубихинский спиртонос Стыркша сообщил последнюю новость: голову Старика оценили в тысячу рублей. Походная типография атамана Калмыкова сотнями разбрасывала по падям листки с приметами Старика и обещаниями всевозможных благ (на том и этом свете) за поимку живого или мертвого.
Старик почувствовал, что на него устремились десятки испуганно-вопросительных глаз. Но не только потому, что на него смотрели другие, а и потому, что собственная личность меньше всего интересовала его в эти дни, он стал беспечно шутить и смеяться.
- Вот не было печали, - сказал он, приподымая насмешливо прямые жесткие брови. - Додумались же, сукины дети! Чудаки, право...
Но его никто не поддержал...
